Одной из характеристик, которая отличает межкультурную коммуникацию от внутрикультурной, является неопределенность или двусмысленность в отношении основных правил, посредством которых будет осуществляться интеракция. Из-за широкого и глубокого влияния культуры на все аспекты коммуникативного процесса мы не можем быть уверены в том, что правила, которыми пользуются два представителя разных культур, идентичны. Эта неопределенность присуща и вербальному и невербальному поведению, как в модусе кодирования, так и декодирования: каким образом упаковать сообщения, превратив их в сигналы, которые будут проинтерпретированы в соответствии с нашими намерениями, и каким образом открыть посылки в соответствии с изначальными намерениями отправителя.
Участники межкультурной интеракции часто используют при общении вербальный язык, который не является родным, по крайней мере, для одного из них, а иногда и для обоих. Тем самым смыслу слов присуща неопределенность. Культурные различия в использовании невербальных каналов делают эту неопределенность еще большей. Декодирующие не могут быть уверены, в отличие от внутрикультурных ситуаций, в том, что они интерпретируют сигналы и сообщения в соответствии с изначальным намерением кодирующего.
Исследования Гудикунсга и его коллег: поведение при разных уровнях неопределенности
Гудикунст и его коллеги зафиксировали, каким образом участники интеракции стараются уменьшить неопределенность при межкультурных интеракциях, по крайней мере, во время первых встреч. Это исследование было основано на работах Бергера и Калабрезе, которые предположили, что одна из основных проблем незнакомых людей во время первых встреч, это уменьшение неопределенности и повышение предсказуемости в собственных действиях и в поведении другого человека.
Гудикунст и Нишида протестировали 100 американских и 100 японских участников, поместив их в одно из четырех экспериментальных условий:
• культурное подобие (внутрикультурная коммуникация) и схожесть установок;
• культурное различие (межкультурная коммуникация) и схожесть установок;
• культурное подобие и несхожесть установок;
• культурное различие и несхожесть установок.
Чтобы общение проходило в рамках культурного подобия или культурного различия, экспериментаторы сводили участника с незнакомым человеком либо из его собственной, либо из другой культуры. Схожесть и несхожесть установок менялись посредством описания схожих или несхожих установок при представлении незнакомца. Для каждого участника исследователи оценивали намерение раскрыться, намерение задавать вопросы, невербальные выражения симпатии, атрибутивную уверенность и межличностное притяжение. Результаты показали, что намерение задавать вопросы, намерение раскрыться и невербальные выражения симпатии были выше в условиях культурного различия, чем в условиях культурного подобия.
Теория уменьшения неопределенности предсказывает, что эти приемы будут использоваться более широко в коммуникативных контекстах с более высокими уровнями неопределенности. Гудикунст, Содетани и Сонода расширили эти результаты, включив в исследование также представителей различных этнических групп и продемонстрировав, что различия в этничности и стадии отношений тоже связаны с различиями в коммуникативном поведении, нацеленном на уменьшение неопределенности.
Сравнительная оценка межкультурного и внутрикультурного общения
В более позднем исследовании Гудикунст и Шапиро просили студентов крупного университета описать свои восприятия эпизодов коммуникации с другими студентами. В одной части исследования 303 студента сообщали о внутрикультурных и межкультурных эпизодах; в другой - 725 студентов сообщали об внутриэтнических и межэтнических коммуникативных эпизодах. В каждом коммуникативном эпизоде оценивались семь переменных.
Еще по теме:
Монотипия как графическая техника
Метод выполнения монотипии можно описать просто - любая красящая субстанция наносится на любую гладкую или фактурную твердую поверхность, затем производится печатание путем прижатия к матрице целевой поверхности оттиска.
При этом виде гр ...
Человек и община: миф как отрицание индивидуальности и свободы
В мифе человек магически овладевал миром, но не следует думать, будто это приносило ему свободу. Ведь магическая связь сама делает своим пленником того, кто к ней обращается. В мифе и магии человек выступает не как самоценное существо, ...
Россия в эпоху Нового Времени
XVIII–XIX столетия занимают особое место в российской истории. Это было время выбора альтернатив цивилизационного развития, поиска Россией своего места в мировом сообществе. В исторической литературе сложились противоречивые оценки характ ...